В начало
23 января 2016

Лансароте. Остров огня. Часть 2

Продолжаем знакомство с «огненным» островом Лансароте. И если в первой части я пичкал вас «преданьями старины глубокой», то теперь пора взглянуть и на сегодняшнюю жизнь острова.

Национальный парк Тиманфайа, Лансароте
Национальный парк Тиманфайа на Лансароте. Фото: © Lutz Hirschmann / flickr.com

СЕСАР МАНРИКЕ

Современная история острова Лансароте неразрывно связана с судьбой уникального человека – художника, скульптора, архитектора Сесара Манрике (исп. César Manrique). Для Сесара, родившегося на острове в 1919 году и с детства впитавшего его очарование, Лансароте станет единственной музой, которой он посвятил свою жизнь. Ему не вскружили голову богемные арт-тусовки Мадрида и Нью-Йорка, где он имел успех и славу, был на короткой ноге с Энди Уорхолом и Пикассо, а среди покупателей его картин значились такие денежные мешки, как Рокфеллер. Попробовав себя в многочисленных эпатажных в то время художественных направлениях – сюрреализме, абстрактном искусстве, поп-арте, Сесар Манрике пришел к своему неповторимому художественному стилю, который решил реализовать на своей родине. В 60-х годах художник возвращается на остров, движимый охватившей его идеей: «Я приехал из Нью-Йорка с желанием превратить свой родной остров в красивейшее место на Земле, опираясь на гигантские возможности, предоставляемые Лансароте».

Сесар Манрике
Сесар Манрике. Фото: Фонд Сесара Манрике (fcmanrique.org)

Словно заправский политик, Сесар начал свою деятельность с «похода в народ». Ему нужно было привлечь на свою сторону жителей острова, поделиться с ними идеями, и сделать их своими единомышленниками. Островитянам очень импонировала такая открытость именитого земляка, они обожали художника, хотя, откровенно говоря, мало кто из них знал, насколько Манрике был велик и какое значение имел для современного искусства. Тем не менее «низы» были полностью на его стороне. А с «верхами» проблем вообще не возникло, так как в то время на острове губернаторствовал его старинный друг Хосе Рамирес, который как никто другой понимал, что для Лансароте пришло время отхватить свой кусок от жирного пирога под названием туристический бум. Таким образом Сесар Манрике получил полный карт-бланш на преобразование острова.

Туристический бизнес, как правило, прогибается под среднестатистического туриста и предлагает ему «экзотику» в сувенирной лавке, асфальтированные пешие маршруты, акул за толстым стеклом аквариумов и пляжные зонтики. Чтобы публика была довольна. Но Манрике была чужда такая политика. Он слишком сильно любил свою крохотную землю, чтобы позволить сделать из нее очередной синтетический курортный раёк со стандартным набором радостей туриста. Сесар решил, что все будет не так. Гармоничная интеграция в природное пространство, контроль над воздействием человека на окружающую среду и бережное отношение к культурному наследию – такова была его модель преобразований.

Каждая деревня на острове уникальна по-своему. В каждой из них двери и ставни выкрашены в свой цвет, обычно это зеленый или синий. Манрике лично уговаривал местных жителей следовать этой цветовой гамме и в дальнейшем. Белую краску для фасадов домов предоставляет правительство острова. Совершенно недопустимо, чтобы дом был забрызган грязью, за это, между прочим, могут и оштрафовать. Многие крестьяне гордятся тем, что Сесар (а называли они Манрике исключительно по имени) лично принимал участие в проектировке их дома, участка или хотя бы веранды. Его советы ценили, к нему прислушивались. Он никогда не брал денег за помощь, движимый только любовью к острову.

Аутентичный домик в деревушке Эль Гольфо
Аутентичный домик в деревушке Эль-Гольфо. Фото: © Michel Cirodde / flickr.com

Винтажный дворик в деревушке Ария
Винтажный дворик в деревушке Ария. Фото: © Albert Batlle Rico / flickr.com

Позже, когда туристический бизнес ожил, под руководством Сесара был построен великолепный аэропорт, который больше напоминает аквариум или ботанический сад. Зелени на острове катастрофически не хватало, поэтому Манрике ввел правило – при рождении ребенка родители обязаны посадить пальму, таким образом микроклимат каждой из деревень изменялся в лучшую сторону. Благодаря ему на острове существует запрет на строительство домов выше четырех этажей, чтобы не закрывать природную красоту ландшафта, запрещены придорожные рекламные билборды, по той же причине. Единственная высотка острова – столичный Arrecife Gran Hotel – была заложена до приезда Манрике, поэтому не попала под «санкции». Справедливости ради отмечу, что первая линия вдоль побережья Арресифе застроена и другими отелями, высота которых превышает четырехэтажный порог, правда ненамного.

Вид на Арресифе из крепости Сан Габриэль
Вид на Арресифе из крепости Сан Габриэль. Фото: © Marc Ryckaert / commons.wikimedia.org

Абсолютно все правила и законы, которые Манрике придумал и запустил, действуют на острове до сих пор. До сих пор активно развивается курортный бизнес, до сих пор в деревнях стоят аккуратные белоснежные домики с цветными ставнями, до сих пор люди любуются парками и садами, которые разбил Сесар своими руками. Весь остров пропитан его любовью, а каждое его произведение, будь это отреставрированная портовая крепость или экзотический сад кактусов, будут долго хранить память о Мастере, пронесшим любовь к маленькому острову через всю жизнь.

Вулканические пейзажи острова Лансароте
Вулканические пейзажи острова Лансароте. Фото: © Francois Verhasselt / flickr.com

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПАРК ТИМАНФАЙЯ ИЛИ ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В АД

Напомню, что ад на Лансароте начался 1 сентября 1730 года, когда мирно спящие с незапамятных времен вулканы на юго-западе острова неожиданно проснулись и заявили ничего не подозревающим местным жителям о своем существовании.

Когда дым природных катаклизмов рассеялся, в этих краях навечно поселился особый, неуловимый, по-своему прекрасный дух острова, прошедшего очищение огнем. Почти вся территория очага былых извержений теперь входит в состав Национального парка Тиманфайя (исп. El Parque nacional de Timanfaya), организованного в 1974 году. Здесь уже не услышишь пения птиц, шелеста листьев, только палящее солнце и палящая земля. Еще бы, у нас под ногами, на глубине всего нескольких метров температура достигает от 100 до 600 градусов. Поэтому особенно расслабляться не приходится.

Порода, которая оказалась на поверхности земли в результате извержений, на миллионы лет старше, чем человечество. В ней, говорят, собрана чуть ли не вся таблица Менделеева. И, что удивительно, здесь начинает зарождаться новая жизнь. Какие-то кустики, травки пытаются пробиться наружу и выжить, цепляясь корнями за трещины в породе. Многие растения являются эндемиками – то есть больше нигде на планете Земля они не растут. Поэтому в 1993 году остров Лансароте был объявлен ЮНЕСКО Мировым резервом биосферы.

Разноцветные лишайники украшают лаву в Национальном парке Тиманфайя
Разноцветные лишайники украшают лаву в Национальном парке Тиманфайя. Фото: © Andreas Weibel / flickr.com

Логотип Национального парка Тиманфайя
Логотип Национального парка Тиманфайя, разработанный Сесаром Манрике. Фото: © Desmetjes / flickr.com

Такие поистине адские условия безжизненной огнедышащей пустыни Сесару Манрике удалось сделать визитной карточкой Лансароте и превратить в место паломничества и главный «аттракцион» острова для приезжающих сюда туристов. Конечно же, даже великий мастер бессилен перед могуществом природы, но то, сколько любви и фантазии вложил Сесар в парк Тиманфайя, сделало маленькое чудо. Под руководством Манрике были спроектированы и проложены несколько экскурсионных маршрутов среди вулканов парка. Самый комфортный – автобусный, самый необычный – верхом на верблюдах, ну и самый впечатляющий, на который нужно записываться за два-три месяца вперед, это пеший. Не надейтесь попасть в парк «дикарем», это запрещено. Только организованные экскурсии по специальным дорогам и тропам! Надо же как-то оградить от нас – туристов – этот уникальный мир хаоса и сохранить его в первозданной неприкосновенности. Но важнее всего то, что самостоятельные прогулки по парку еще и просто опасны для жизни. В застывшей породе, недалеко от поверхности почвы, в большом количестве присутствуют неисследованные пустоты, в которые можно легко провалиться, наступив на скрывающую их тонкую корочку лавы. Будете потом лежать на дне, нашампуренные на острые камни, разглядывая напоследок стремительно проносящиеся перед глазами картинки из вашей жизни… Говорят, что бесследные исчезновения таких горе-туристов происходят с определенной периодичностью…

Туристический автобус в Национальном парке Тиманфайя
Туристический автобус в Национальном парке Тиманфайя. Фото: © shutterstock.com

Верблюды дожидаются очередных туристов, чтобы прокатить их по Национальному парку Тиманфайя
Верблюды дожидаются очередных туристов, чтобы прокатить их по Национальному парку Тиманфайя. Фото: © Turismo Lanzarote / flickr.com

Настоящей изюминкой парка стал ресторан, построенный прямо на кратере вулкана Ислоте-де-Иларио. Он называется El Diablo. Переводить нужно? Построить ресторан на кратере – совершенно безумная идея, но у кого, как не у Манрике, могло бы получиться это лучше всего? Архитектура ресторана под стать неземному пейзажу, окружающему его. Ни дать, ни взять – инопланетная исследовательская станция. Посетители могут наблюдать за поварами «адской» кухни, колдующими над блюдами, которые готовятся на естественном жару, исходящему прямо из жерла кратера. В этом как раз и состояла сложность при постройке ресторана, поскольку заложить фундамент на глубине, где температура минимум 300-400 градусов, не так-то просто. Поэтому вместо фундамента использовали девять слоев из базальтовых глыб, уложенных друг на друга. И ничего, до сих пор стоит «Эль Диабло» и работает за счет дармовой вулканической энергии, а из его панорамных окон посетители любуются причудливыми силуэтами лавообразований. А еще тут же, на площадке перед рестораном, устраивается шоу – рукотворный гейзер. В отверстие в земле заливается ведро воды, которая струей кипящего пара выплескивается обратно. Туристы радуются, как дети, ощущая себя прикоснувшимися к величайшей тайне мироздания. Что, в общем-то, так оно и есть…

Ресторан El Diablo
Ресторан El Diablo на вершине вулкана. Фото: © Stephane Peleau / flickr.com

Вулканический гриль ресторана El Diablo
Вулканический гриль ресторана El Diablo. Фото: © Paul Appleton / flickr.com

Рукотворный гейзер на территории ресторана El Diablo
Рукотворный гейзер на территории ресторана El Diablo. Фото: © shutterstock.com

ПЕЩЕРА КУЭВА-ДЕ-ЛОС-ВЕРДЕС И КОМПЛЕКС ХАМЕОС-ДЕЛЬ-АГУА

Не так много мест на планете, где умелый симбиоз природных объектов и искусства создает цельный запоминающийся образ. Пещера Куэва-де-лос-Вердес (исп. Cueva de Los Verdes) – как раз тот случай. Это один из первых проектов по благоустройству острова Лансароте, который координировал Сесар Манрике. Основой для будущего туристического объекта послужили естественные пустоты вулканического происхождения. Во время извержения находящегося неподалеку вулкана Корона, происходившего около 5000 лет назад, лава мощным потоком неслась в сторону океана. Поверхность лавы постепенно остывала, тогда как внутри река раскаленной лавы продолжала свое стремительное движение, пока не иссякла. В результате чего получилась более чем шестикилометровая естественная пещера-труба, в самом широком месте достигающая 24 метров. Наибольшая высота «потолка» – 15 метров, самая глубокая часть расположена на 35 метров ниже уровня океана, а перепад высот составляет более 200 метров.

Указатель на входе в пещеру Куэва-де-лос-Вердес
Указатель на входе в пещеру Куэва-де-лос-Вердес. Фото: © Javier Sánchez Egido / flickr.com

Пещера Куэва-де-лос-Вердес
Пещера Куэва-де-лос-Вердес. Фото: © fotocalvito / flickr.com

В свое время для жителей острова пещера Куэва-де-лос-Вердес была естественным убежищем. Аборигены махо прятались в ней от христианских завоевателей. Затем христиане искали в ней укрытие от набегов мусульманских пиратов, о которых я рассказывал в первой части статьи. Крепостей для защиты, как вы помните, на всех островитян катастрофически не хватало, поэтому пещера, вход в которую не был виден снаружи, пришлась очень даже кстати. Кроме того, вход был не один, и это давало местным жителям дополнительное преимущество перед воинственными чужаками. Но, увы, не всегда. Если берберские пираты находили среди островитян предателей (обычно среди морисков, так называли насильственно крещеных мавров), которые могли показать все входы-выходы из пещеры, то тогда Куэва-де-лос-Вердес превращалась в гигантскую ловушку.

Время шло, и к первой половине XX века уникальная пещера заинтересовала геологов – еще бы, это был самый длинный вулканический туннель из известных на то время. Ну а с 1964 года с легкой руки Сесара Манрике часть пещеры стала доступна и для туристов. Несмотря на то, что ученые отлично изучили рельеф и особенности архитектуры этого природного памятника, туристам доступен отрезок длиной всего около километра, но зато самый интересный и живописный, в котором удивительная художественная подсветка яркими мазками подчеркивает хитроумную игру рельефа стен и сводов.

Пещера Куэва-де-лос-Вердес
Зал с мелким подземным озерцом в пещере Куэва-де-лос-Вердес. Стоячая неподвижная вода и искусственный свет создают ощущение невероятной глубины водоема. Фото: © fotocalvito / flickr.com

Один из участков пещеры Куэва-де-лос-Вердес, расположенный вблизи побережья, Манрике выделил в отдельный комплекс, который называется Хамеос-дель-Агуа (исп. Jameos del Agua). И именно здесь Сесар в полной мере реализовал принцип симбиоза природы и искусства. Примечательно, что вся эта красота возникла на месте бывшей мусорной свалки. Чтобы воплотить в жизнь все задумки художника, работы в Хамеос-дель-Агуа продолжались до 1977 года. Посетителей на входе встречает абстрактная скульптура краба – символа Хамеос-дель-Агуа. Ее создал, как вы уже догадались, Сесар. А дальше по винтовой лестнице мы спускаемся в огромный провал среди скал, поражающий своей красотой. Среди зеленых кустарников, кактусов и пальм ярким голубым пятном красуется лагуна – искусственный бассейн в обрамлении белоснежных дорожек. Так и хочется скинуть с себя одежду и плюхнуться в прохладную воду. Но это, увы, не разрешено. За одним исключением… По слухам, в лагуне имеет право купаться только король Испании. Со своей королевой, я так думаю, чтобы не было скучно. Интересно, воспользовались они когда-нибудь этим своим правом?

Краб – эмблема комплекса Хамеос-дель-Агуа
Краб – эмблема комплекса Хамеос-дель-Агуа. Фото: © Laura Rathbone / flickr.com

Комплекс Хамеос-дель-Агуа
Комплекс Хамеос-дель-Агуа. Фото: © cllanda / flickr.com

В одном из залов Хамеос-дель-Агуа расположен концертный зал с великолепной акустикой, чему способствует пористая структура лавовых стен. Там периодически проходят концерты классической и джазовой музыки. Но главной природной достопримечательностью комплекса является большая пещера с подземным озером, которое сообщается с океаном. Поэтому уровень воды в нем постоянно меняется в соответствии с графиком приливов и отливов. В озере водятся уникальные, размером всего 1-2 см, слепые крабики-альбиносы. Это очень редкий вид, обитающий глубоко под водой, поэтому ученые ломают голову, каким образом крабы попали в озеро? Разглядеть их в темноте пещеры удается не всем туристам, счастливчикам достаются «трофеи» в виде фотоснимков, остальные же щелкаются на фоне скульптуры Манрике и могут приобрести сувенирных крабиков в местной лавке.

Подземное озеро в комплексе Хамеос-дель-Агуа
Подземное озеро в комплексе Хамеос-дель-Агуа. Фото: © salomon10 / flickr.com

Слепой краб-альбинос вида Munidopsis polymorpha
Слепой краб-альбинос вида Munidopsis polymorpha, обитающий в подземном озере. Фото: © i32naruf / flickr.com

МИРАДОР-ДЕЛЬ-РИО. ТАМ, ГДЕ ГРЕМЕЛИ ПУШКИ

Так и просится такой заголовок к очередному ландшафтному проекту Сесара Манрике – смотровой площадке Мирадор-дель-Рио (исп. Mirador del Río) на севере острова Лансароте. А о чем он думал сам, можно только догадываться. Одна эмблема смотровой площадки чего стоит. Художник вложил в нее символы всех стихий, которые можно ощутить с высоты Мирадор-дель-Рио, да и самой эмблемой, выполненной из металла, можно любоваться бесконечно. Так же бесконечно, как и восхитительными видами, открывающимися с этого места. Это целый архитектурный и художественный комплекс, у которого, впрочем, есть своя интересная история.

Когда-то здесь располагалась артиллерийская батарея Batareia del Río, что можно перевести как «Батарея у реки». «Рекой» местные жители, видимо отдаленно имеющие представление о географических понятиях, называли пролив между Лансароте и соседним островом Грасиоса. Он, действительно, не шире крупной реки. Наличие военного объекта в этом месте связано с одной и той же проблемой – несколько веков подряд поселенцы-островитяне вынуждены были терпеть постоянные набеги пиратов. Северная точка острова и стратегическая высота в 470 метров над уровнем океана давала возможность если не препятствовать, то хотя бы предупредить о вторжении пиратов. В качестве наблюдательного пункта Batareia del Río использовалась и в конце XIX века, когда США и Испания не поделили Кубу. Небольшой артиллерийский гарнизон стоял здесь даже в период Второй мировой войны.

Панорамные виды, открывающиеся со смотровой площадки Мирадор-дель-Рио
Панорамные виды, открывающиеся со смотровой площадки Мирадор-дель-Рио. Фото: © salomon10 / flickr.com

В 1973 году Сесар Манрике задумал использовать это место в качестве очередного туристического объекта и построить комплекс сооружений, включающий ресторан и несколько смотровых террас. Само здание ресторана органично вписано в окружающие скалы, и его присутствие выдают только высокие панорамные окна. Ничего не отвлекает от великолепных пейзажей. Как говорится, наслаждайтесь просторами Атлантического океана, видами на соседние островки Грасиоса, Аледранса, Монтанья-Клара и приятного вам аппетита!

Эмблема смотровой площадки Мирадор-дель-Рио
Эмблема смотровой площадки Мирадор-дель-Рио. Фото: © Ashley Buttle / flickr.com

Окна ресторана Мирадор-дель-Рио
Окна ресторана Мирадор-дель-Рио. Фото: © Dario Garavini / flickr.com

КАК ПОЛЮБИТЬ КАКТУСЫ

А ведь, действительно, кактусы нужно очень любить, чтобы создать настоящий кактусовый заповедник. Сесару Манрике, как человеку с безумным творческим потенциалом, было недостаточно того, что примерно с 1970 года он по всему миру собирал всевозможные виды кактусов и привозил их на родину, высаживал и ухаживал за ними. Он щедро поделился своей коллекцией со всеми местными жителями и туристами, создав еще одну достопримечательность острова – Сад кактусов (исп. Jardín de Cactus). Здесь растет более тысячи видов этих колючих растений, а количество их превышает семь тысяч экземпляров. Нельзя не восхищаться великолепным ландшафтным дизайном и уверенным единением природы и рукотворного искусства, которым в совершенстве владел мастер. Три составляющие, делают Сад кактусов уникальным объектом – великолепные ландшафты, которыми можно любоваться с возвышенности, на которой расположен сад, уникальная коллекция кактусов и симбиоз архитектуры и ландшафтного дизайна с характерным для Манрике почерком.

Сад кактусов
Сад кактусов. Фото: © Luis Miguel Bugallo Sánchez / commons.wikimedia.org

Принципы организации кактусового парка были подчинены главной идее художника – из пустынной и безлюдной местности сделать уникальный туристический объект. Почти двадцать лет ушло на формирование сада и на оформление территории. Торжественное открытие Сада кактусов состоялось только в 1990 году. Его структура полностью состоит из рукотворных дорожек, террас и оград, которые выполнены из вулканической породы. Благодаря многоуровневой архитектуре из каждой точки сада открывается по-своему прекрасный вид на самобытные ландшафты острова Лансароте в обрамлении разнообразных колючих представителей флоры. Как тут не полюбить кактусы!

Хотя… Вот вам совершенно противоположное мнение. Ложка дегтя, как говорится. Прочитал намедни роман Мишеля Уэльбека «Лансароте», в котором главный герой так описывает свои впечатления от посещения Сада кактусов: «Различные виды этих растений, отобранные за их исключительное уродство, выставлены на обозрение по сторонам аллей, вымощенных вулканическим камнем. Жирные, ощетинившиеся колючками кактусы убедительно символизируют всю мерзость растительного мира – чтобы не сказать шире… Я заметил усатого бельгийца, когда он застыл в неподвижном созерцании перед большим лиловым кактусом в форме фаллоса, который – видимо, желая создать эффектную композицию – посадили перед двумя кактусами поменьше, изображавшими яички». Впрочем, сей роман, кстати весьма увлекательный в чтении, все же не столько об острове Лансароте, сколько об особенностях туризма в обществе двух немок-лесбиянок… Но это совсем уже другая история…

Сад кактусов
Сад кактусов. Фото: © Astrid Evermann / flickr.com

Сад кактусов
Сад кактусов. Фото: © Claude / flickr.com

Сад кактусов
Сад кактусов. Фото: © Martin Glasner / flickr.com

В ДОМЕ, КОТОРЫЙ ПОСТРОИЛ СЕСАР…

Только в единении с природой человек может достичь безусловной свободы и правды жизни. Так говаривал Сесар Манрике, принимаясь за очередной проект. Поэтому никому и в голову не придет удивляться тому, что художник построил свой дом не в городе, а в буквальном смысле слова, в пещере. К слову, пещерные жители на Канарских островах – не редкость. Но острове Гран-Канария до сих пор вполне цивилизованные и самодостаточные люди живут в пещерах. А зачем устанавливать кондиционеры и климатические системы, сложные вентиляционные структуры – все это давно построено самой природой. Осталось только внести несколько штрихов, и дом готов. И не надо думать, что в пещеру нельзя провести электричество или интернет. Можно. Именно так и поступают многие на Канарах, здесь даже некоторые церкви тоже расположены в пещерах.

Кто знает, чем привлекла внимание Манрике яма в вулканической породе, из которого виднелась верхушка смоковницы, но во время одной из поездок он твердо решил, что именно здесь построит свой дом. Было это еще в 60-х, когда художник только планировал свой переезд из Нью-Йорка. Владелец этого безлюдного каменистого участка земли просто подарил его художнику, а у Манрике уже созрел план постройки своего уникального пещерного дома.

Дом Сесара Манрике
Дом Сесара Манрике. На переднем плане – кинетическая скульптура художника. Фото: © María Eugenia Diaz de Vivar / flickr.com

Он вынашивал не только планировку, подсказанную архитектурой пещеры, но и каждую малейшую деталь, думал над каждым камнем, перед тем как его переместить или убрать. В результате пещера нашла общий язык с Сесаром. Дом получился многоуровневым и абсолютно нестандартным. На верхнем ярусе лава буквально «втекает» в зал, художник умело обыграл эту деталь, придав мертвому камню вид живой и подвижной структуры. Та самая смоковница за годы подросла, потом засохла, но ее ствол с голыми ветками так и остались центром гостиной.

Дом Сесара Манрике
Дом Сесара Манрике. Лава, «затекающая» в окно. Фото: © Ned Trifle / flickr.com

Дом Сесара Манрике
Дом Сесара Манрике. Старая смоковница. Фото: © María Eugenia Diaz de Vivar / flickr.com

Нижний ярус – это пять полностью обустроенных пещер-комнат. Каждая из них имеет свой преобладающий цвет – цвет лавы и любимый Сесаром белоснежный цвет. По всему дому расположено огромное количество самых разных растений, поэтому зеленые акценты встречается очень часто. Сегодня дом Манрике – это здание фонда-музея художника, который подарил его своему острову еще при жизни. Там до сих пор хранятся произведения Пабло Пикассо, Жоана Миро, Антони Тапиеса и других великих абстракционистов из личной коллекции Сесара. Здание поражает своей иррациональностью, в то же время, как нельзя лучше подчеркивает жизненную концепцию самого художника – правда жизни не в выверенных человеком формах, фигурах и объектах. Она в гармонии с природой, в которой человек должен жить, воплощением чего и является дом.

Дом Сесара Манрике
Дом Сесара Манрике. Интерьер одной из «пещерных» комнат. Фото: © Sabine Möller / flickr.com

Дом Сесара Манрике
Внутренний двор в доме Сесара Манрике. Фото: © Ronan / flickr.com

ЗЕЛЕНАЯ ЛАГУНА ЧАРКО-ДЕ-ЛОС-КЛИКОС

О творческом наследии Сесара Манрике можно рассказывать бесконечно. Но и сама природа без постороннего вмешательства преподносит нам свои творения, дабы вызвать наше восхищенное: «Ух, ты!» Одно из таких мест на острове Лансароте находится вблизи рыбацкой деревушки Эль-Гольфо. После извержения 1730 года здесь остался кратер вулкана, названного Монтанья-де-Гольфо, который стоит практически на берегу. Несколько сотен лет ветер и песок оттачивали рельеф и структуру местности, в результате чего получился своеобразный амфитеатр, а природа раскрасила его стены разноцветными вулканическими породами. Но самое интересное в том, что под стенами этого вулкана возникло озеро поразительно зеленого цвета, известное как Чарко-де-лос-Кликос (исп. Charco de los Clicos).

Зеленый цвет ему придают водоросли, обитающие на дне. Купаться в нем, естественно, нельзя. Озеро объявлено заповедной зоной. Можно, точнее обязательно нужно, любоваться им со смотровой площадки – вид на Чарко-де-лос-Кликос просто потрясающий: голубое небо, особенно в солнечную погоду, иссиня-черный пляж, цветные склоны амфитеатра, а венчает всю эту цветовую феерию ярко-зеленое озеро. А искупаться можно и в океане, благо он находится всего в 100 метрах от озера.

Зеленое озеро Чарко-де-лос-Кликос
Зеленое озеро Чарко-де-лос-Кликос. Фото: © Ronan / flickr.com

Ну что ж, на этом, пожалуй, я и завершу свой рассказ об острове Лансароте, о его бурном прошлом, его размеренном настоящим и о Мастере, отдавшем острову свою любовь и попытавшемся сквозь призму своего творчества показать нам тонкую душу Лансароте…

 

 

P.S. от Андреса Лоренсо Курбело, летописца извержения вулканов на Лансароте в 1730-1736 годахP.S. от Андреса Лоренсо Курбело, летописца извержения вулканов на Лансароте в 1730-1736 годах.

«Первого сентября 1730 года между девятью и десятью часами вечера на острове Лансароте, в месте, называемом Тиманфайя, вдруг разверзлась земля. Из трещины поднялась огромная гора, и из вершины этой горы забил огненный фонтан, который не иссякал девятнадцать дней подряд.

Неделю спустя раскрылась новая пропасть, и поток бурлящей лавы излился на Тиманфайю, Родео и часть селения Манча-Бланка. Поток продолжал свой путь к северу, и скорость его вначале была такова, что это напоминало пылающий водопад; но вскоре движение его замедлилось, и он стал вязким, как патока. Однако девятого сентября с оглушительным грохотом вырос холм, преградивший путь лаве. Поток изменил направление и устремился к западу, где, достигнув входа в протяженную долину, за несколько минут уничтожил селения Маретас и Санта-Каталина.

Одиннадцатого сентября извержение значительно усилилось, лавовый поток опять ускорил движение и обрушился на Масо, сжигая все на своем пути. Шесть дней с ужасающим грохотом лава рекой стекала с высоты в море, и вода вдоль берегов закипела; вскоре на поверхность всплыло и закачалось на волнах огромное количество дохлой рыбы.

Восемнадцатого октября над Санта-Каталиной открылись еще три расселины, изрыгавшие густой дым, кипящий ливень, раскаленные докрасна куски шлака и базальта. Эти явления сопровождались оглушительными взрывами, тучи пепла и камней, сыпавшихся на остров, закрыли солнце, и наступила тьма. Всё это неоднократно заставляло жителей Санта-Каталины покидать свои дома; однако всякий раз они возвращались, ибо селение чудесным образом оставалось нетронутым. Так вел себя вулкан до двадцать восьмого октября; но тут вдруг пал скот, пораженный зловонными испарениями, которые скапливались в вышине, а затем нисходили на землю смертоносным дождем.

С первого по десятое ноября дым и пепел постоянно отравляли воздух, сделав жизнь людей и животных почти невыносимой; и вот, поверх толстого слоя не успевшей остыть лавы, на опустошенную местность излилась еще одна огненная река. А двадцать седьмого ноября это повторилось. Лавовый поток устремился к морю с таким неистовством, что, ворвавшись в волны, образовал целый островок неподалеку от берега.

Шестнадцатого декабря лава, прежде всякий раз стекавшая к морю, внезапно изменила направление своего движения; она проникла в селение Чупадеро, превратив его в огромный костер, затем опустошила Вега-де-Уга.

Седьмого января произошло несколько новых извержений. Из каждой трещины, образовавшейся на склоне горы, хлынула огненная река, окутанная густыми клубами дыма. Этот дым часто прорезали ослепительные вспышки, сопровождавшиеся синеватым и красноватым свечением: и каждый раз слышались громовые раскаты, как бывает в грозу; местные жители оцепенели от ужаса, ибо им было неведомо, что такое гром и молния.

Двадцать первого января из образовавшегося ранее кратера выросла новая гора, выше всех предыдущих, и в тот же день исчезла, причем раздался ужасающий взрыв, – эхо от него прокатилось по всему острову, и всё кругом покрылось слоем пепла и камней.

Третьего февраля новый лавовый поток поглотил Альдеа-де-Родео. Двадцатого марта выросли новые вулканические конусы, а в них открылись кратеры, тут же начавшие извергаться. Тринадцатого апреля поднялись две новые горы, словно вытолкнутые из земли невидимой силой. Четвертого июня образовались три громадные трещины, и остров содрогнулся от сильнейших подземных толчков; из каждой расселины вырвались гигантские столбы пламени. На сей раз люди совсем потеряли голову от страха, особенно в Тиманфайе, где началось это несчастье. Восемнадцатого июня образовался новый вулкан, самый высокий из всех, что поднялись над развалинами Масо, Санта-Каталины и Тиманфайи; открывшийся в его склоне кратер стал изрыгать пламя и пепел, в то время как из другой горы, возле Масо, вырвалось густое облако пара, подобного которому никто еще не видел. Весь западный берег острова был усыпан дохлой рыбой, причем там попадались рыбы самых редких и необычайных пород, неизвестных островитянам.

В течение октября и ноября извержения происходили повсюду, а в Рождество, в скорбный день, двадцать пятого декабря 1731 года, остров содрогнулся от самого сильного землетрясения из всех, какие были отмечены с начала этого долгого бедствия…»

 Уникальность данного текста проверена через TEXT.RU Уникальность данного текста проверена через TEXT.RU